12+

РАЙОННАЯ ГАЗЕТА "МАМСКИЙ ГОРНЯК"

Главная / Статьи / ВОЙНА – ЭТО ТАКОЕ ГОРЕ, КОТОРОЕ ИЗ ПАМЯТИ НЕ ВЫРВЕШЬ И СЛЕЗАМИ НЕ СМОЕШЬ
28.04.2020 13:47
  • 27

Категории:

ВОЙНА – ЭТО ТАКОЕ ГОРЕ, КОТОРОЕ ИЗ ПАМЯТИ НЕ ВЫРВЕШЬ И СЛЕЗАМИ НЕ СМОЕШЬ

«Наша семья, Камышиных, жила в деревне Мамыково Зубовского района Куйбышевской области. Колхоз «Имени Ильича» был богатый, зажиточный. Всё население работало в колхозе. Отец — Василий Спиридонович работал бригадиром тракторной бригады, а мать – Мария Семёновна работала птичницей, разнорабочей. В семье было трое детей: Антонида, Григорий, Елизавета. Держали ещё домашнее хозяйство, была корова. Жизнь была довольно обеспеченной. Зерно дома в бочках хранилось. Всё было очень хорошо, но, всё разрушила война и вся жизнь пошла кувырком.

Когда началась Великая Отечественная война, всех мужчин из деревни забрали на фронт.

Отец был на брони, но он постоянно просился на фронт, всё говорил: «Все мои друзья на фронте, а я один в колхозе с женщинами». В итоге, в сентябре 1941 года он ушёл добровольцем на фронт. В городе Мелекес (ныне Дмитровоград Ульяновской области) проходило формирование состава для отправки на фронт. Мать несколько раз ездила к отцу до отправки его на фронт. И в день отправки она была рядом с отцом и сама его проводила на фронт. С фронта от отца было только одно письмо, в котором он сообщал, что отправляются в бой. В деревне в разговорах упоминалась станция Лозовая, и что отец мой воевал в армии Тимошенко. По полученной информации отец считается без вести пропавшим в мае 1942 года. По моим запросам по поиску отца был получен ответ, что он воевал в 285 полку, но весь полк пропал без вести. Также, на фронте воевали два моих дяди – два родных брата моего отца. Камышин Михаил Спиридонович, он с семьёй жил в Дмитровограде под Москвой, был военным. Когда началась война, его сразу же забрали на фронт, а жену Евдокию с ребёнком эвакуировали. Она потом жила в нашей деревне. Второй дядя Камышин Николай Спиридонович. О нём у меня информации никакой нет. Оба мои дяди, с войны домой не вернулись. Где воевали, где погибли – информации о них нет никакой. Двоюродный брат моего отца Камышин Андрей Иванович был на фронте. Домой тоже не вернулся. Маму Камышину Марию Семёновну с другими женщинами из села направляли на рубежи, там они копали окопы. Тогда фашисты рвались к г. Куйбышеву. Там был построен бункер для ставки Сталина И.В.

Мне уже 82 года, а я так и не могу спокойно говорить о войне и вспоминать своих родных, которые не вернулись домой с фронта, всё время обливаюсь слезами. Война – это такое горе, которое из памяти не вырвешь и слезами не смоешь.

Во время войны нашу деревню не бомбили, но бомбардировщики круглосуточно летали над деревней, и гул самолетов постоянно висел над нами. Приходилось всё время прятаться, тщательно соблюдать маскировку. Из разбомблённого леса волки делали набеги в село, резали скот, рвали людей. Все взрослые работали в колхозе почти сутками. Была страшная голодовка. Мы росли как беспризорники. Я даже не помню, ходили мы в школу или нет. У нас лапти с братом были одни: кто вперёд одел, тот и гуляет на улице. Все ребятишки, и я вместе с ними, собирали колоски, сдавали в колхоз, резали снопы, веяли, молотили, для фронта собирали лекарственные травы.

На станции Нурлат в Татарии, в семи километрах от нашей деревни, в одной школе находился госпиталь. Моя сестра училась в Нурлати. После занятий в школе, она ходила в госпиталь как на работу. Она помогала там персоналу, ухаживала за ранеными, писала раненым письма. Окончив 9 классов, сестра осталась в городе, работала на маслобойне.

Что могу сказать о Дне Победы? Когда сообщили, что кончилась война, все в деревне только плакали, так как, ушедшие на фронт мужчины почти все погибли, с фронта вернулось очень мало мужчин, так несколько человек.

В Нурлати жил мой двоюродный брат Николай Яковлевич Тимофеев. Он воевал с фашистами. С фронта домой вернулся по ранению. В Нурлати работал в финотделе. Я однажды с двумя подружками ездила в Нурлати и была у него в гостях. И тогда брат справил мне паспорт. В руки мне он паспорт не дал, а только показал его и сказал: «В деревне тебе паспорт не нужен. Он будет находиться у меня». Подружки, видимо также через своих родственников, тоже получили паспорта. В деревню мы возвращались в радостном настроении: «А как же, ведь ни у кого из деревенских нет паспортов, а у нас есть».

Выйти из состава колхоза, и выехать из деревни вообще не было никакой возможности, так как люди жили без документов. Из состава колхоза человек выходил только когда умирал. Когда мы вернулись из Нурлати в деревню, подружки сказали, что они получили паспорта. В конторе их попросили показать эти паспорта, и девчонки их показали. Тогда спросили меня: «А где твой паспорт?». Я говорю: «У меня его нет». Девчонкам паспорта уже не вернули, их просто отобрали. А так как мой паспорт хранился у родственника, то я спокойно сбежала из колхоза, и, окончив 7 классов, устроилась на работу на элеватор учеником лаборанта. Когда училась в Бугульме на лаборантку, то получала пенсию 30 рублей за погибшего отца. В дальнейшем, в период уборочной, меня направляли работать в глубинку – в дальние деревни. Тогда в моём подчинении были четыре шофёра, которые возили из деревни зерно. Меня даже немного удивляло, что я совсем ещё девчонка, а шофёры — взрослые мужчины полностью выполняли все мои указания.

Муж работал разъездным киномехаником и не мог постоянно на одном месте жить. В октябре 1961 года мы решили из Бугульмы уехать, а куда, и сами не знаем. Не глядя, пальцем ткнули в карту, попали на г. Иркутск. Собрались и поехали, а в Иркутске нам предложили ехать в посёлок Мама. Приехав в п. Мама, мы обратились в трест «Мамслюда» для трудоустройства. Нас направили в п. Горно — Чуйский. Сначала жили в недостроенном кинотеатре. Муж работал киномехаником, а я уборщицей. В посёлке люди жили дружные, на квартирах не было никаких замков. Снабжение было очень хорошее. В посёлке были школа десятилетка, больница, клуб, стадион. Хорошо была поставлена спортивная работа. Футбольная команда занимала первые места в районе. В дальнейшем, в посёлке началось строительство двухэтажных благоустроенных домов.

Затем муж работал в п. Большой Северный, Витимский. В итоге, мы оказались в п. Мама . Нам дали квартиру. Когда выстроили кинотеатр «Победа», муж работал киномехаником, а я — кассиром. Через некоторое время меня отправили на трёхмесячные курсы киномехаников. Потом я работала киномехаником в клубе «Октябрь», и до тех пор, пока его не сломали.

В те годы в п. Мама проводилось массовое озеленение, и я сама в этом мероприятии участвовала. Поэтому сейчас, глядя на то, как уничтожаются в поселке деревья, плакать хочется. Но, когда я работала, в клубе, то в помещении было очень много цветов. Тогда в посёлок Мама приезжали интуристы, они всегда заходили в клуб «Октябрь» и говорили «О, у вас тут маленькая Швейцария». За период работы награждена медалью «Ветеран труда».

У Камышиной Елизаветы Васильевны 1938 года рождения двое детей — сын и дочь, четверо внуков и одна правнучка.

В настоящее время Камышина Е.В. является членом общероссийской общественной организации «Союз пенсионеров России» п. Мама.

Председатель местного отделения

ООО «СПР» п. Мама

Н. Сталькова

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

Реклама

Читатели на сайте

Вверх